Just advertisingGradskij, incidentally, is remembered in the same period yelled at large radionachalnika Popova, not allowing him to put two songs of the bard who died in the broadcast of the «Hit Parade». Trehoktavny voice shook the steadfast guardian of socialist morality, but finally finished it off. In the air made one song «Time of the bells»... Read more - Songs on the music and arrangement. So, it all started with the «Skomorokhov» in 1966, where you played with Gradsky, Buynova and Shakhnazarov. What began themselves «Skomorokhs»? and the music!



Шансон (Я позволил себе песню написать…)



Музыка: А. Градский
Стихи: А. Градский


Премьера песни. Правда, я один раз где-то это пел, не помню где. Да, это песня этого года. Даже почти этого месяца.
Александр Градский
«Красивые вечера у Гоголя»
13.10.05 г.


Видео с YouTube:
???

Я позволил себе песню написать
Где мелодия с гармонией просты.
Можно будет под нее и поплясать,
Если струны будут остры и быстры.

Если пальцы будут честны и чисты,
От рассола трезва голова,
Вот тогда, как в гнездо, на листы
Полетят, не сомневаюсь, слова.

Вот ведь привязалась - не унять,
Вот ведь прицепилась – ё мое,
И умом ее никак не понять,
И аршином не измерить ее.

Я решил сегодня песню сочинить:
На безрыбье, раком и на глаз,
И прошу меня за это извинить
Это песня для меня, а не для Вас.

Целый день хожу - мурлычу ее,
Целый день себя за чуб тереблю,
И за это за мучение мое
Эту песню я потом полюблю.

Вы случайно в этом зале собрались
Я ее сейчас случайно спою
Если чем-то поживился – делись.
Я делю для вас добычу свою.

Вот такая сплетается нить
Зацепиться мне не за что тут
Даже если в монастырь не ходить
Все равно под монастырь подведут

Вот такая получается жизнь
Я вчера или завтра живу
А сегодня, хоть стой, хоть ложись
Все равно кем-нибудь прослыву

Все равно мы в неволе сидим,
Даже если не знали тюрьмы,
И пока что-нибудь не спалим
До конца не успокоимся мы.

И Емелею севши на печь,
Что осталась от пожара одна,
Помечтаем о сбыче всех мечт,
И чтоб выпить все чаши до дна.

Толерантны мы, что твой Талейран,
То ли ранить никого не хотим.
Да и будет ли толку от ран? -
Ведь и так никуда не летим.

Подлецу не говорим, что подлец,
Дураку не говорим, что дурак,
И поэтому настанет … конец,
Если раком окажется рак.

Ни ногой, ни клешнею гребя
От позиции такой не спастись
И не важно, кто трахнет тебя -
Важно, где нам позволят пастись.

Хоть постись, хоть вовсю обожрись -
Наглядимся на рыл и на морд.
Вот такая грядет живопись,
Вот такой будет вам натюрморт.

Постелите мне постель на мосту,
Под мостом уже струится река,
Пусть увидят все меня за версту,
Я усну на мосту на века.

Голова моя вся в облаках,
Никого уже я не боюсь.
У меня своя синица в руках,
Если очень захочу – вознесусь.

Если очень захочу – полюблю,
Если сильно пожелаю – умру,
И сожгу себя назло ноябрю,
И развею себя на ветру.

Как же это все увязать
И ступать по насту след в след?
Сколько можно мне в тебе увязать
И не выбираться на свет?

Так уж вышло по гармонии - гулять,
Так уж вышло по мелодии - спешить,
Я решил себе позволить позволять,
Я решил себе позволить разрешить.

Эту песню я друзьям показал,
Все сказали, мол: «Блатняк, не твое».
Все сказали: «Ты шансон написал,
Может в ящике покажут ее».


Версии песни (*) представлены на:





Яндекс.Метрика